Есть ли смысл бороться с трансграничной интернет-торговлей

Когда Александр Иванов, президент Национальной ассоциации дистанционной торговли, начинает что-то рассказывать, его никогда не скучно слушать – это большой плюс для аудитории. Правда, Александр очень редко говорит коротко – это минус для журналистов. Поэтому опубликовать его выступление во время презентации исследования НАДТ «Импорт в интернет-торговле России (2014-2016гг). Реалии рынка в цифрах» «Логирус» с самого начала очень хотел, но делать это в полном объеме мы не будем – не имеем физической возможности. Его выступление на этом мероприятии длилось полтора часа, и мы в конце концов просто решили выдрать из него ту часть, которая была посвящена отношению российского бизнеса и государства к трансграничной посылочной торговле. К кросс-бордеру, по-русски говоря. Надеемся, что Александр нам эту вольность простит. А если кому-то хочется послушать выступление целиком, то дайте знать – мы вам вышлем запись. Беспошлинно, по ценам ниже рыночных.

Проблема номер десять
«Российский бизнес возмущается тем, что весь контрафакт идет через интернет из-за рубежа, и вообще кросс-бордер – это сплошной контрафакт. Даже если допустить, что это действительно так, давайте посмотрим на цифры: кросс-бордер – это 0,7-0,8 процента от общего оборота розничной торговли в стране. То есть говорить о том, что там какая-то дыра означает говорить неправду.

Благодаря известным событиям мы порой узнаем совершенно неожиданные вещи: например, о том, что у нас в стране досматривается лишь 4,4 процента фур. Пошли антисанкции, и польских гусей стали находить во Владивостоке. Как они туда доехали, непонятно, но как-то доехали и только там попали под трактор. Все, что хочет проникнуть в страну, в нее проникает – клубника как-то перебегает границу и обнаруживается только в Оренбурге и так далее. Из последних публикаций в прессе становится понятно, где на самом деле проблемы и какого они масштаба. А все посылки идут через таможню – там взятки не с кого брать, потому что нет ни отправителя, ни получателя. И мимо таможни посылки пойти не могут, потому что пошлина – ноль. Чтобы они пошли иным путем, мимо таможни, где-то кто-то за это должен доплачивать. Кросс-бордер – это чистая антикоррупционная история.

Весь ли бизнес против кросс-бордера? Как-то меня пригласили выступить на одном мероприятии перед бизнесменами и подискутировать на тему его вредности. Дискуссии не получилось – я попросил присутствовавших поднять руки, чтобы выяснить, сколько в зале вообще противников кросс-бордера. Поднялось три или четыре руки, это из ста двадцати человек. Три или четыре – это, наверное, важно, но это немного.

Коллеги из Data Insight провели опрос среди директоров интернет магазинов: какие сдерживающие факторы есть в развитии их бизнеса? Посыпались ответы. На десятом месте с тремя набранными процентами – давление трансграничных игроков на российский бизнес. То есть люди видят проблемы, но эти проблемы в другом. Есть важные проблемы, а есть проблема номер десять.

Мы тоже провели свой опрос, причем вопрос поставили жестко: надо ли запретить или как-то реорганизовать кросс-бордер? Это был наш шаг в сторону противников кросс-бордера, потому что если кому-то порог в 1000 евро кажется вызывающим, и он хочет его сократить, скажем, до 990, то он, конечно, попадает в категорию сторонников запрета или реорганизации. Мы взяли топ-200 интернет-магазинов по версии «Коммерсанта», и 75 человек любезно согласились ответить – это очень хорошо. Результаты выглядят так:

Как видите, мы задали тот же вопрос еще и сервисным компаниям. 31 компанию опросили, я думал, что счет будет 31:0, но нет – нашелся один коллега, который сказал, что надо запретить кросс-бордер к чертовой матери. С китайцами этот человек не работает и работать не будет, потому что китайцы, по его словам, очень сильно плющат по цене и работать с ними малорентабельно. Поэтому он будет драть деньги со своих – он за российский e-commerce, российский e-commerce платит хорошо.

Итак, получилось, что в сумме 77 процентов опрошенных против каких-либо изменений и еще двум процентам все равно. Это не означает, что мнением тех, кто попал в оставшийся 21 процент, нужно пренебречь, но широковещательные заявления о том, что весь российский бизнес против кросс-бордера, думаю, стоит воспринимать через призму полученных нами результатов – весь бизнес не против.

Главная проблема, по мнению опрошенных интернет-магазинов – недостаточно качественная логистика. Кстати, логистика улучшается, и отношение бизнеса к логистике изменилось разительно. По десятибалльной шкале бизнес оценил развитие логистики в 2009 году на 4,2 балла – ну, в общем, на двойку. Сейчас 7,7 – знаете, это уже очень прилично.

Конечные потребители в том же 2009 году оценили логистику на 3,0 – это единица в общем-то, а сейчас на 7,4 – вполне себе, качество растет. Какой еще сегмент у нас качественно растет, а цены падают? В доставке посылок все происходит сейчас именно так.

Почта ищет посылки
Сегодня вслух и громко говорят о том, что надо брать НДС с зарубежных магазинов. Ну, с зарубежных интернет-магазинов – это в переводе на русский язык с покупателей. Для чего – для того, чтобы уравнять в правах российского продавца с зарубежным продавцом. Надо сказать, что это уравнивание произойдет за счет государства. Оно потеряет больше, чем найдет, потому что, я вас уверяю, на систему администрирования этого налога будет потрачено намного больше, чем удастся собрать.

Посмотрим на ограничения по импорту посылок в других странах. Есть страны, где все очень жестко, есть страны, где помягче. Америка, например, в четыре раза увеличила беспошлинный порог, Китай, напротив, попробовал снизить, но у него ничего не получилось, и там вернулись к старой технологии. Когда в Китае ужесточили нормы кросс-бордера, сразу обнаружился дефицит некоторых товаров, в частности, сухого молока и детского питания. Власти на это очень быстро отреагировали и все вернули назад – не прошло и двух месяцев.

По поручению Еврокомиссии, поскольку в Европе тоже идут споры о том, надо ли ужесточать или облегчать, Лозанский университет провел очень большое исследование. Надо было найти ответ на вопрос, какова должна быть норма, чтобы она была прибыльной. Лозанский университет подсчитал и ответил, что при сегодняшней норме в 22 евро администрирование дает не прибыль, а потери размером в 32 миллиона евро. Рекомендуемая норма – минимум 80 евро без налогов и сборов. Тогда будет смысл собирать. Если сумма меньше, то собирающие органы работают в минус. А поскольку нельзя исключать, что фуражки наших таможенников сами по себе стоят дороже, чем фуражки таможенников Швейцарии, у нас этот минимум может быть и выше.

Вот вам два примера того, как изменилась интернет-торговля после ужесточения норм беспошлинной торговли в Бразилии и Белоруссии. Когда в Бразилии был введен нулевой режим «терпимости», то рынок в принципе не изменился. Единственное, что на нем произошло – почта перестала получать посылки. Все «белые» продавцы ушли с рынка, ушел Али-экспресс, почта Бразилии перестала получать доходы от импорта посылок, появились многочисленные «серые» перевозчики, образовался огромный «серый» рынок, который по объему намного превышает «белый». Установили норму в 50 долларов – вроде бы стало лучше. Однако в России посылочная торговля, как я уже говорил, не коррупционная – чем бы ни кидались тут в Москве в Бельянинова, система налажена и работает отлично. А в Бразилии таможенный инспектор самостоятельно решает, это для личного пользования товар или не для личного. Он должен осмотреть посылку, так что лучше отправить ее, как раньше, «в серую».

Теперь насчет Белоруссии. Мне один из коллег говорил: «Ну, как же так! Я не знаю ни одной компании, которая возит в Белоруссию». Я тоже не знаю, потому что это вообще не почтовые операторы – это контрабандисты, а я с контрабандистами не знаком.

А произошло следующее: в 2014 году в Белоруссии было 3,6 миллиона посылок из-за рубежа, затем произошел взрыв, и в 2015 стало уже 11,8. Ну, и там все решилось очень просто, в отличие от нас – у нас тут какие-то дискуссии, мы о чем-то спорим, а там один человек проснулся однажды утром и говорит: «О, вот здесь деньги». В результате никаких денег уже нет, почте Белоруссии уже впору просить дотации. Прогноз белорусских специалистов по объему посылок из-за рубежа в этом году – 15-18 миллионов штук, то есть значительно больше, чем в прошлом, рынок идет в рост. При этом почта рассчитывает получить при хорошем раскладе лишь 8 миллионов, то есть дай бог половину. Такая ситуация сложилась всего за несколько месяцев, с апреля (с апреля лимит по беспошлинным посылкам в Белоруссии – 22 евро, LR). Уже сейчас «черные» и «серые» перевозчики отлично возят в Белорусссию, все хорошо, население получает.

Если мы тоже станет устанавливать какие-то жесткие рамки, то надо иметь в виду, что Россия в плане контрабанды обладает значительно большим потенциалом, чем Белоруссия. Все знают, что могут Киргизия и Казахстан – страны Таможенного союза, с которыми мы дружим, и которые легко превращаются в перевалочные базы. Помимо них, у нас есть еще и граница по Амуру, через которую каждый человек 60 килограммов может провезти или пронести беспошлинно. Пока там посылки не носят – нет смысла, но почему бы в случае чего не начать?

Вывод: ужесточения норм в кросс-бордере в расчете на то, что государство может от этого что-то получить, эффекта нигде не дали, и говорить о том, что где-то эффект все же будет, я лично не готов. Следовательно, попытка изменить ныне действующую ситуацию в импорте посылок:

  • Не приведет к пополнению казны;
  • Ухудшит социальное положение малообеспеченных граждан;
  • Решительно замедлит (а, скорее всего, обрушит) рост рынка интернет-торговли – одного из самых инновационных и быстрорастущих в стране;
  • Приведет к созданию коррупционноемкого, непрозрачного «черного» рынка.
  • Вот еще одна история: мэр Парижа хочет запретить «Амазону» доставлять день в день, потому что ему надо спасать «Ашан». Он, что, идиот? Рискну предположить, что нет, просто ему аргументы против «Амазона» сегодня показались убедительными. Может быть, завтра его разубедят. Мы – на светлой стороне, мы за будущее и категорически против всяческих запретов, особенно на маленьком, развивающемся, растущем рынке. Не надо его никак ограничивать, дайте вырасти». LR

    10.08.2016

    Источник